Мозг аутичных детей иначе обрабатывает лица

ScienceDaily пересказывает работу Йельской школы медицины о том, как детский мозг обрабатывает лица. Часть аутичных людей реже смотрит на лица и реже встречается взглядом. Им бывает труднее запоминать лица и читать выражения, чем нейротипичным людям. Исследователи десятилетиями ищут, какая активность мозга за этим стоит. В начале 2000-х группа из Йеля сообщала, что зоны, отвечающие за обработку лиц, у аутичных людей работают слабее.

Джеймс Макпартланд, Harris Professor Центра изучения ребёнка и директор Центра здоровья мозга и психики, смотрит на обработку лиц с помощью ЭЭГ, записи электрической активности мозга. Прежние ЭЭГ-работы обычно брали сигналы с отдельных участков, а не со всей поверхности головы. Вместе с коллегами он разобрал записи примерно 400 аутичных детей по всей коже головы. Активность, связанная с узнаванием лиц, у аутичных участников была менее отчётливой. И ещё одно различие по возрасту: у нейротипичных детей ответ мозга на лица с годами становится более специализированным, у аутичных детей такого же сдвига не было. Макпартланд говорит, что это первый раз, когда для восприятия лиц при аутизме использован весь объём ЭЭГ, и сравнивает старый подход с попыткой понять движение по городу, глядя на одну центральную улицу.

Данные взяты из Autism Biomarkers Consortium for Clinical Trials. В выборке были аутичные и нейротипичные дети разных возрастов. Они смотрели фотографии лиц и обычных предметов, а ЭЭГ писала активность со 128 электродов. Затем машинное обучение проверяло, можно ли по записи понять, что именно смотрит ребёнок. По активности мозга было легче понять, что нейротипичный ребёнок смотрит на лицо, чем сделать то же для аутичного ребёнка. Первый автор Джейсон Гриффин, доцент психологии Хьюстонского университета и бывший постдок в лаборатории Макпартланда, говорит, что измеряемая на коже головы нейронная активность у аутичных детей менее отчётлива. Способность понять по мозгу, на что смотрит ребёнок, с возрастом росла у нейротипичных участников и не росла у аутичных. Гриффин формулирует это так: обработка, специфичная для лиц, идёт по другой траектории.

Узнавание лица складывается из нескольких этапов: от момента, когда изображение попадает в глаза, до того, как мозг решает, что это лицо. Многие прежние работы смотрели на сигнал N170, изменение электрической активности примерно через 170 миллисекунд после того, как человек увидел лицо. У аутичных людей этот ответ, по прежним исследованиям, приходит позже. Когда авторы посмотрели на более широкий отрезок времени, различия нашлись ещё до N170. Макпартланд говорит, что при таком более полном взгляде различия при аутизме видны раньше, чем считали.

Когда-то часть клиницистов пыталась решать трудности с лицами тем, что требовала от аутичных людей держать зрительный контакт. Дальнейшие исследования показали, что принуждение к контакту глаз не работает. Более ясная картина того, как обработка лиц складывается в мозге, могла бы помочь искать более уместные подходы. Отдельная трудность исследований аутизма — отделить особенности самой неврологии от того, что меняется просто от жизни с этим состоянием. По словам авторов, найденный рисунок говорит, что различия в обработке лиц связаны с особенностями развития при аутизме, а не только с накопленным жизненным опытом. Макпартланд поясняет: там, где у неаутичных людей видна ожидаемая специализация, у аутичных людей возрастное изменение слабее.

Раз различия появляются по ходу развития, поддержка, которая помогает аутичным детям читать эмоции на лице, может быть особенно полезной, если начать её раньше. При этом авторы подчёркивают, что аутизм сам по себе не создаёт трудностей, которые обязательно надо исправлять. Многие нейроотличные люди почти не чувствуют ограничений из-за аутизма и могут не нуждаться в дополнительной поддержке и не хотеть её. Для других трудности узнавать лица и читать выражения осложняют обычное общение, от площадки до собеседования. Макпартланд называет это одной из областей, которая создаёт трудности многим аутичным людям.

Ещё одно возможное применение — более объективная оценка аутизма. Сейчас диагноз ставят в основном по поведению: надёжных биологических тестов для обычной диагностики нет. Учёные ищут биомаркеры, измеримые биологические признаки, которые могли бы уточнить оценку или различить группы внутри спектра. Новые рисунки мозговой активности на лица могли бы добавить такой инструмент или помочь понять, кому из аутичных людей с большей вероятностью поможет конкретная поддержка, включая тренировку социальных навыков. До клиники эти выводы применять рано. Макпартланд называет работу первым шагом к новому биомаркеру.

Статья: Jason W. Griffin и соавторы, включая Джеймса Макпартланда, «Decoding the temporal dynamics of face-specific neural representations in autism», Nature Mental Health, 2026, том 4, номер 7, страница 1109, DOI 10.1038/s44220-026-00672-y. ScienceDaily пересказывает материал Йельской школы медицины, текст Изабеллы Бэкман.